Плач девичьей группы. Фильм 2

В Кавасаки группа Togenashi Togeari уже не кажется случайной вспышкой. Сколоченный из осколков двух распавшихся коллективов состав теперь должен ответить за каждое слово, брошенное в микрофон. Вторая полнометражка «Girls Band Cry: Naa Mirai» не тратит время на предысторию — она сразу бьет по больному и заставляет каждую из девушек вернуться туда, откуда они сбежали.

Вокалистке Нине всего семнадцать. После травли в школе Кумамото взрослые потребовали от нее извиниться перед обидчиками. Отец строчит книги о правильном воспитании, совершенно не замечая родную дочь. Нина уехала в Токио под предлогом учебы, но на самом деле держалась только за старые треки Diamond Dust. На сцене она не поет, а буквально сдирает связки от ярости. Теперь ей придется вернуться в родной город и посмотреть в глаза тем, с кем она разорвала все связи.

Гитаристке Момоке двадцать. Когда-то она собрала Diamond Dust, но бросила все, когда лейбл решил превратить живой драйв в коммерческий продукт. Уличные концерты, съемные углы, сигаретный дым и вечная готовность идти на таран — такой ее нашла Нина. Вот только теперь Момоке приходится наблюдать за обновленным составом своей прошлой группы, где место у микрофона заняла Хина — бывшая школьная подруга Нины. Слышать свои треки в чужом исполнении оказывается куда больнее, чем казалось.

За ударными сидит Субару — семнадцатилетняя бунтарка с безупречной маской вежливости. Знаменитая бабушка-актриса уже спланировала ее будущее в театре, но весь этот фасад рушится, как только Субару берет в руки палочки и начинает колотить по тарелкам. На клавишах шестнадцатилетняя Томо, сбежавшая из дома, где к ней относились как к пустому месту. Она говорит все в лоб и целится сразу в «Будокан». Бас держит Рупа — самая старшая и невозмутимая. Потеряв родителей, она научилась сохранять ледяное спокойствие, которое не дает этому взрывному составу разлететься на куски.

Перед ними маячит контракт с крупным лейблом: продюсеры требуют послушания, сглаживания углов и удобных улыбок. Но пятерка, собравшаяся назло всему миру, выбирает остаться в андеграунде. Вся их неприкрытая злость, одиночество и упрямство летят в зал без студийного лоска.